№666!

Вот и цифра 666!!! Решила добавить историю Димы Титова)Ролики с короткометражными ужасами не вставляются опять(((

Автор: Титов Дмитрий.
Жанр: драма/фантастика/арт.

Выбор.

— Боюсь у меня для Вас не очень хорошие новости. Вы… на втором месяце беременности.
— Что? Доктор, это же просто отличная новость! Вы же сами говорили, что мои шансы забеременеть крайне малы! Но это все-таки произошло! Это чудо!
— Да. Но при вашей болезни… боюсь, что вы рискуете не только потерять ребенка, но есть и большой риск угрозы вашему здоровью и вашей жизни.
— И что же вы предлагаете?
— В вашей ситуации… я бы рекомендовал аборт.
— Что вы такое говорите? Убить собственного ребенка?
— На кону Ваша жизнь.
— Мне плевать. Если мне потребуется отдать жизнь, ради жизни моего ребенка, то я согласна.

********
Черный, разбавленный еле уловимым синим отблеском, цвет ночного неба не предвещал ничего иного, как самую обыкновенную спокойную тихую ночь. Огни города постепенно угасли, оставляя лишь паутину освещаемых дорог.

Взволнованный женский голос, периодически прерываясь, из-за некачественной связи, звучал в наушниках оператора: «Алло! Пожалуйста, помогите нам. Я попала в аварию, на пересечении улиц Островского и Колокольникова. Машину перевернуло, пожалуйста, скорее! Здесь мой семилетний сын, я не знаю что с ним, он без сознания! Пожалуйста!».

Сумасшедшее спокойствие, охватывающее и поглощающее все, за пределами перевернутого, торчащего из столба, автомобиля вызывало ощущение ожидания чего-то волнительного, сопричастного и непередаваемого.

Яркая желтая точка в небе поначалу выглядела как звезда, мерцающая из-за медленно плывущих по небу, периодически закрывающих ее облаков. Единственное отличие состояло в том, что, присмотревшись, можно было заметить неспешное движение по наклонной прямой вниз.

С огромным трудом девушка выползла из перевернутого автомобиля и, отцепив ремень безопасности, вытащила своего сына на, покрытую снегом, дорогу. Изо рта мальчика, в такт каждому выдоху, выходил густой морозный пар. Попытка подняться вызвала резкую боль в правой ноге и, вскрикнув, девушка упала.
Хруст снега, от чьих-то шагов, раздался из темного переулка и, по мере приближения, становился все громче и громче. Лакированный черный мужской сапог остановился в нескольких сантиметрах от, расстелившихся на снегу, светлых волос. Оторвав глаза от сына, она, наконец, посмотрела вверх. Мужчина, на вид лет пятидесяти, в черной шляпе – цилиндре, ярко бордовой жилетке, украшенной вычурными узорами, в длинном черном пиджаке, склонился над девушкой, нежно проведя, закрытой кожаной перчаткой, рукой по лицу и волосам. По одежде и густым бакенбардам, создавалось впечатление, что он появился из далекого прошлого. «Пожалуйста. Помогите… мой сын… он… он…» — шепотом, переходящим в писк, произнесла она, но незнакомец, приложив палец к губам, не дал ей закончить фразу.

Поверх шипения, с которым из-под капота автомобиля выходил густой темно серый дым, раздались негромкие звуки перебирания радиоволн, а следом первые ноты необычайно красивой мелодии. Мужчина, наклонившись, поднял девушку и поставил на ноги. Боли не было. Нежно обнял ее одной рукой за талию и, второй, взяв ее ослабшую руку.

Крупные хлопья снега необычно медленно спускались, оставляя, казалось, прозрачные, но очевидные следы в воздухе, которые хорошо было видно на фоне миллиарда, светивших в десятки раз ярче обычного, звезд.

Шаг. Еще один. Неосознанно, будто кто-то управлял ею, девушка закружилась в неспешном танце, ведущим незнакомцем. Ни боли, ни страха. Только музыка, звучавшая уже не из динамиков искореженного автомобиля, а будто сам воздух, которым они дышат, звучал ею.
— А знаете… – заговорил мужчина, глядя ей в глаза. – Вы хорошо танцуете.
— Кто ты? – спросила девушка.
— Это не важно. В данной ситуации гораздо важнее кто Вы. А точнее чего вы хотите от этой Вашей земной жизни.
— Я не понимаю.
— Вы когда-нибудь любили?
— Я разочаровалась в понятии «любовь» уже давно.
— Я знаю это, но ведь есть тот, кого вы по-настоящему любите? Тот, ради которого Вы готовы пойти на все?
— …
— Ваша плоть и кровь…

Спокойствие, отражающееся в глазах девушки, вмиг сменилось ужасом! Одернув руки мужчины она, дрожащим голосом произнесла: «Мой сын!», вспомнив, что оставила его без сознания на холодной снежной дороге. Повернув голову в сторону машины и собравшись двинуться к ней, она… замерла.

Синий мигающий свет маячка скорой помощи отразился в застывшем лице девушки. Двое фельдшеров суетились возле, лежавшего уже в автомобиле, мальчика. Рядом, на носилки, еще двое, укладывали тело светловолосой двадцати семи летней девушки. Сотрудники дорожно-постовой службы что-то записывали в свои бумаги, замеряли расстояние от машины до проезжей части, опрашивали свидетелей. Вокруг собралось несколько просто наблюдающих человек.

На плече мягко легла, уже без перчатки, мужская рука. «Так значит это конец?» — тихо монотонно спросила девушка и, не дождавшись ответа, повернувшись к нему, с какой-то надеждой в глазах, добавила: «Но ведь я не получила серьезных травм?!». «Нет. Не получила. Но твой сын… в результате аварии его сердце пробило ребром». Девушка вновь перевела взгляд в сторону мельтешащих вокруг ее машины людей. «Он будет носить твое сердце. Ты всегда будешь частью его. И всегда будешь дарить ему жизнь. Ты сама сделала этот выбор. Еще когда все только началось. Я лишь помог тебе.» — мужчина снял свою шляпу и поравнялся с девушкой. «Сделала» — повторила она за ним.

Подувший, несмотря на зиму, теплый ветер колыхнул ее волосы. «Нам пора» — голос незнакомца отразился эхом в окружающей пустоте. Девушка, прежде чем пойти за ним, смахнула стекающую по щеке, вместе с тушью, слезу.

Звезды, медленно сливаясь в единый всепоглощающий источник ярчайшего света, заставили и девушку и незнакомца прищурить глаза. На мгновение, будто время, остановилось, и… белый слепящий свет рухнул на землю, заполоняя все вокруг собой и сопровождающийся оглушающей тишиной.

Работник скорой помощи, беря кровь на анализ, случайно задержал свой взгляд на лице, лежащей на носилках, девушки. Наклонившись и достав из сумки ватный тампон, стер, стекшую по щеке, оставившую мокрый черный след, вперемешку с тушью, слезу.