"Забыть невозможно, помнить" История с продолжением. Часть 11

Я не ходила в школу.

Родители отнеслись с пониманием. Папа договорился с учителями и приносил мне задания на дом. Я не помню этот период в своей жизни. Быть может, моя память отказалась запоминать все ужасы того периода… Во мне будто все выгорело. Не было ни боли, ни обиды, ни слез… Точнее, поначалу все это было. А потом чувства атрофировались. Причем все…

Я ела, пила, сидела за уроками, потому что мне было жалко родителей, те всюду следовали за мной, как тени…

Случайно я услышала, как мама на кухне шептала папе: «Я боюсь, что она с собой что-то сделает».

А мне… Мне даже этого не хотелось.

Это произошло неожиданно, накануне моего шестнадцатилетия. Помню, я подошла к маме, которая пекла праздничный пирог и сказала: «Давай испечем побольше. Я угощу класс». Мама обрадовано всплеснула руками. Я возвращалась к жизни…

Что подтолкнуло меня к тому, чтобы воспрять духом? Повторюсь, мне было жалко родителей. После услышанного, я долго думала над мамиными словами. «Никогда, ни за что, ни при каких обстоятельствах я не лишу себя жизни!!! Умереть ведь проще всего, а я вот возьму себя в руки, и докажу, что ничто не сломает меня, потому что я всегда была сильной…И тогда… тогда он поймет, какой был дурак… И вернется…» — вот какая мысль пришла мне в голову накануне дня Рождения.

В то утро я надела красивое праздничное платье, уложила волосы, подкрасила ресницы и отправилась в школу…

— Ура! Олечка, с выздоровлением!!! Ты вернулась! – бросилась на шею Наташка, а за нею и другие.

Впервые за неделю я улыбнулась…

Медленно, но верно я возвращалась к привычной жизни. Занять все свое свободное время, ни оставить ни минуты на мысли о нем – стало моей главной задачей.

Я стала президентом школы, активно участвовала во всех вечерах, играла в КВН и шла на золотую медаль.

Иногда я ловила на себе его взгляд, спокойно поднимала глаза и смотрела в ответ. Платон отворачивался.

Что я чувствовала? Я продолжала его любить… Так же сильно. Пожалуй, сильнее. Только теперь, я начала понимать, что не допущу повторения сценария наших отношений.

Я ждала, что он осознает свою ошибку и вернется. Перед сном вместо молитвы я шептала: «Вернись! Вернись! Вернись!» как мантру, как заклинание…И так целый год… Изо дня в день…

Мы готовились к вечеру встречи выпускников. По традиции, одиннадцатиклассники готовили школьный вальс на открытие торжества. Наталья Леонидовна, музыкальный руководитель, разбивала нас на пары.

— Оль, ты с Платоном,- услышала я. — Вы будете хорошо смотреться…

— СмотреЛИСЬ…- услышала я злобное хихиканье Светки.

Во мне не дрогнул ни один мускул. Я подошла к Тоше. Мы стали в пару.

Как сложно делать вид, что человек тебе безразличен, если на самом деле не можешь даже дышать в его присутствии… Я выдержала и это испытание…

На репетициях мы молчали. Все тренирующиеся пары галдели без умолку: ворчание, хохот, визг, возгласы разлетались по залу. Мы танцевали молча. Иногда я чувствовала, что он хочет мне что-то сказать, но каждый раз я уходила от разговора в буквальном смысле этого слова. После репетиции, хватала сумку и сбегала…

Перед началом вечера, мы переоделись и сложили все вещи в одном классе. Раздевалка была отдана гостям школы. Как только закончилась торжественная часть, я поспешила домой. Меня еще ждала вечерняя репетиция КВН.

Я шла по пустынной улице и любовалась небом, густо усыпанным мириадами звезд. Было морозно. «Эх, перчатки в классе забыла,» — подумала я. Засунув руки в карманы пальто, чтобы хоть как-то согреть занемевшие пальцы, я вдруг нащупала что-то квадратное. При тусклом свете фонаря я разглядела в руках, сложенный вчетверо тетрадный листок. Это была записка…