Сны о детстве
3157-й сон Анатолии
Приснилось, что мама родила девочку. Весом 1600 г. Я испугалась, что она такая маленькая, но вспомнила, что мама говорила, что и от 500г удавалось выходить младенцев в их центре, и успокоилась.
Девочка была красивая, мама тоже. А я чувствовала себя подростком, у которого появилась сестра. Правда я не знаю, как это на самом деле, потому что ни сестер, ни братьев у меня нет.
Еще там была моя троюродная сестра Ира, которая тоже была маленькой девочкой с детским маникюром с блестками. А моя тетя Ира была огромного роста, я доставала ей лишь до пояса. Обе Иры лишний раз дали мне понять, что я просто маленькая девочка.
Проснулась с тем же ощущением детства.
И в самом деле — правый глаз закрывает челка, а плеере Икра — мне снова 15.
Ощущения легкие и приятные.
Вчера был просто рабочий день. Слишком много писем, которые я так и не смогла разгрести из-за редких, но долгих телефонных звонков.
Это был день обсуждения детей и поистине интеллигентных мужчин-музыкантов.
Сначала с Су. говорили о назойливых родственниках, которые требуют от нее детей и хотят ее лечить, хотя детей она просто пока не планировала. Затем с Л. за обедом говорили о молодых знакомых парах, родивших детей и скинувших их на бабушек.
Затем Л. сказала, что видела у меня рисунок Стинга с текстом песни every breathe you take на заднем плане. Я сказала ей, что Стинг как человек мне представляется несколько противным и вредным. Но она считала наоборот его добрым и приятным. Особенно за эту добрую песню. Мне пришлось разбить ее впечатления, сообщив, что песня вовсе не добрая, она маниакальная. И что сам Стинг смеется над теми, кто ее делает эту песню символом своих отношений и тд
Затем этот же разговор о Стинге почему-то возник с Су. Она сказала, что тоже видит в нем приятного человека, доброго и интеллигентного. И я сразу вспомнила, как будучи опять же совсем маленькой, слушала кассету Стинга в плеере своей феи-крестной Марины, и он тогда казался мне тоже большим и заботливым.
Я бы хотела с ним дружить, — сказала Су. — он такой же прекрасный, как, например, Лагутенко.
И понеслось. Детство ворвалось в меня каким-то смерчем. Выйдя с работы, я уже не могла включить ничего другого, кроме как Ртуть алоэ, Икру или вообще Морскую.
Су, конечно, волшебная, но это всё равно такая редкость, когда кто-то младше тебя может вдруг сказать такое про Лагутенко. И подчеркнуть, что это и ее детство тоже.
Потому сегодняшним утром Дальний Восток завладел моим плеером окончательно. До этого там была Даша Велико со своими дальневосточными романсами.
Вчера Вова расстроился, что ему оказались малы резиновые сапоги, и я пообещала обязательно принести ему вечером новые. Непременно желтые. И он ждал. Хвала Кроксу — урвала последние желтые сапоги нужного размера.
Еще принесла ему книгу про корабли. И у меня снова волна вдохновения по описаниям книг. Читали до ночи, а потом рассказывала ему Дюймовочку. В конце ребенок чуть не заплакал: А где же осталась ее мама?
Сегодня утро выдалось совершенно дурацкое. Вова проплакал полчаса, что на улице солнце, а не дождь (сапоги ведь!). Потом мне показалось, что там прохладно, и я взяла с собой две куртки — себе и ему. Подумала, что нехорошо оставлять в садике свою куртку и понесла их домой. Повесила дома Вовину куртку, а свою решила всё же надеть. Вышла, увидела автобус, побежала, он даже хотел меня ждать, но тут я поняла, что проездной и пропуск забыла. Пошла домой снова. Позагорала на остановке. Теперь опаздываю, тк дежурю сегодня с 9 за Д.
Но мне сегодня 15, мне можно)
