Статья про женское счастье

Если для человека счастье — это когда исполняются его мечты и желания, то для женщины при патриархате принято называть «счастьем» положение, при котором ОНА исполняет ЧУЖИЕ пожелания, зачастую вопреки собственным чувствам или даже во вред своему здоровью.

Для человека иметь свой дом или квартиру — это счастье. Для женщины счастье — это жить в чужом доме под чужим командованием.

Для человека каждый день вкусно есть и не заморачиваться рутинной готовкой — это счастье. Для женщины счастье — готовить несколько раз на день еду для других, ограничивая себя в пище ради «сохранения фигуры».

Для человека жить в чистоте и уюте — это счастье. Для женщины счастье — убирать дом, выносить мусор, стирать и гладить вещи, мыть посуду.

Для человека носить понравившуюся одежду — это счастье. Для женщины счастье — носить неудобную одежду и тратить неимоверное количество психического здоровья, чтобы подобрать себе гардероб в соответствии с чужими ожиданиями или требованиями.

Для человека заниматься любимым делом — это счастье. Для женщины счастье — это отказ от всех увлечений и посвящение своей жизни мужу и детям.

Для человека любимая работа — это счастье. Для женщины счастье — не иметь профессии, работать по дому и быть полностью на обеспечении мужчины, который имеет право в любой момент прекратить спонсирование и выбросить на улицу.

Для человека быть сильным и уверенным в себе — это счастье. Для женщины счастье — это кротость, послушность и зависимость от чужой силы.

Для человека считаться умным и образованным — это счастье. Для женщины счастье — восхищаться чужим интеллектом, маскируя свой, когда к ней обращаются.

Для человека свобода воли и право выбора — это счастье. Для женщины счастье — необходимость соответствовать только нескольким моделям поведения, предопределенным местом и эпохой.

Для человека свобода — это высшая ступень счастья. Для женщины счастье — быть рабыней у мужчины.

Если женщина при патриархате — такой же человек, как и мужчина, то почему ей не дано право говорить о своем собственном счастье, не зависящем от благополучия других? И если «женское счастье» — это действительно счастье, то почему никто, кроме искалеченных патриархатом женщин, о нем не мечтает?