Когда меня привезли в палату, я наконец-то смогла рассмотреть малыша… он лежал такой крохотный ( родился 2460 и 48 см), глазки ещё были закрыты. Лежал и мило сопел в люлечке. Одежда на нем была как мешочек… все вещи взятые с собой было ему чрезмерно велики.
Я все ещё не чувствовала половину тела после анестезии. Чуть позже мне поставили капельницу от которой меня начало трясти так, что тело произвольно отрывалось от кровати, муж позвал медсестру, как оказалось, поставили не то лекарство. Через минут 10 тряска прошла и потихоньку начала отходить анестезия.
Потом пришёл специалист по кормлению. Приложила малыша к груди, а у него нет сил, что бы сосать мою грудь. Да и не молока, не молозива почти не было.
Всю ночь я сцеживала по 5-7 капель молозива и давала малышу, а он начинал плакать и срыгивал с молозивом ещё и остатки околоплодных вод.
Утром я по прежнему не могла встать с кровати и была практически без сил и вся на нервах из за того, что малыш будто не сравнивает, а его рвёт…
Через время пришёл неонатолог, осмотрел малыша и забрал его в интенсивную терапию. Там его поместили в кувез и подключили капельницу с глюкозой.
Я лежала и плакала от того, что не могу полноценно встать и пойти к малышу. Переживания, как он там и что с ним были очень сильные.
Только к вечеру я смогла встать и спуститься к малышу.
Ещё больше слез настигло меня по возвращению в палату… мне так хотелось, что бы малыш был рядом и ощущал тепло мамочки, а он там один, в этой коробке…