Кстати о людях в белых халатах

В данном случае о двух дамах в белых халатах.

Уж не знаю от чего я не написала этот пост раньше.
Видимо отпустило меня только спустя почти месяц.

Пятница. 22 октября.
Накануне нас выписали из роддома.

Дарька ещё прибывает в шоковом состоянии «что делать с лялькой», а муж в довольно суетливом и встревоженном — «что делать с двумя ляльками».

При том с маленькой лялькой все значительно понятнее.

Тихий, едва услышанный, стук в дверь.

Открываю дверь и вижу, шепчущую уже за порогом улыбающуюся женщину.

— Как хорошо что вы не стали звонить, у нас маленький ребёнок дома.
— Знаю, — мягким голосом говорит мне незнакомка, — Я дежурный врач из поликлиники. Роддом очень поздно передал данные и вас не успели вписать в график вашего участкового врача. Можно войти?

Я приветливо распахиваю дверь шире и показываю что она может войти.

Пока доктор одевает бахилы, я беру, только проснувшуюся, дочку на руки и несу на пеленальный столик, где следующие полчаса врач будет осматривать дочку и терпеливо, с теплом, рассказывать мне многие нюансы и отвечать на сыплющиеся от меня, неопытной мамы, накопившиеся вопросы.

Запал ребёнка без плача дожидаться пока ее покормят закончился.
Муж отправляется разводить дочке смесь, а я провожаю доктора.

— Жаль что она не наш участковый врач, — с разочарованием говорю я. — Очень внимательная доктор. И так тепло к деткам относится.

— Да, жаль. — соглашается муж и протягивает мне детскую бутылочку.

И тут мы все вздрагиваем от звонка в дверь.

Муж одним разъяренным прыжком оказывается у двери, а в коридоре нашей квартиры оказывается женщина, истерично-требовательными тоном кричащая в мою сторону:

— Мам, не корми ребёнка!

Уж не знаю от чего я больше аху… да, от «мам», от вопля незнакомой тетки или от требования не кормить голодную новорождённую кроху.

Я отдаю дочку мужу и подхожу к этой даме.

— Вы вообще кто?

— Я ваша медсестра из детской поликлиники, буду ходить к вам первый месяц и мне надо анализ взять. А почему у вас тут череп какой-то висит?!

Я перевожу взгляд на свою ключницу у двери, где красуются череп буйвола, ковбойская шляпа и ружьё. Разумеется нарисованные.

Ответить ей я не успела. Медсестра уже шлялась по моему дому и отпускала комментарии.

— Ой, а у вас однушка… мда, ещё и стену достроили.
— А вы не собираетесь убирать все эти мотоциклы, череп?
— И татуировки у вас мамаша… и у мужа...

Уж не знаю от чего я в тот день была такой терпеливой, но я вежливо напомнила ей зачем она пришла:

— Что за анализ?

— Срининг, — протянуто ответила мне медсестра продолжая разгадывать наше жилище. — Руки тут мыть? — уже распахивая, единственную кроме входной, дверь, спросила она.

Я начинала закипать. А, чертовски голодная к тому времени, дочка познавала новые возможности ее голосых связок и брала все более высокие ноты для крика.

Медсестра, протопала на кухню и начала не торопясь раскалывать бумажки и с лицом, как минимум какого-нибудь министра, заполнять их.

— Может вы возьмёте сначала анализ, а пока я буду кормить ребёнка, мы заполним все бумаги, — немного раздраженно спросила я, потому что дочь уже захлёбывалась собственным плачем.

— Мне надо сначала заполнить… — и открывает окно, — мне душно, свитер тёплый такой.

Что медсестра говорила дальше я уже не слышала, плюнув мысленно пару раз на каждую ее бумажку и правила, я ушла в комнату, успокоить малышку и дать ей немного еды.

Дочь немного успокоилась и я вернулась на кухню. Бумаги, как я полагаю, были уже заполнены, потому что я получила ценные указания как мне держать ребёнка во время анализа, к которому морально была уже готова, в роддоме кровь из пяточки у нас ужа брали.

— Если вам не сложно, возьмите кровь из правой, из левой у нас позавчера в роддоме брали.

Медсестра подняла на меня недовольные глаза, с наращёнными, кажется, в пятьдесят объемов ресницами, и прошипела:

— Ребёнка, мам, держите.

И колет ребёнка в самый верх пяточки, ближе к сухожилию.

Ох, что творилось следующие сорок минут.

Голодный ребёнок орет от боли, медсестра до побелевших фаланг пальцев давит эту крошечную пяточку пытаясь добыть кровь из неудачного прокола, а меня трясёт от злости.

— Пяточки у вас какие-то… может растут не так..., — через первые двадцать минут экзекуций заявляет медсестра.

Я наклоняюсь к ее лицу, с размазанной от усердий красной помадой:

— Может у вас руки не из того места растут?

На меня поднимается пара удивлённых глаз. А сзади меня обнимают руки мужа, почувствовавшего что я сейчас взорвусь.

— Переколите в другую. Нормально переколите. — отдавая дочку на руки супруга, говорю я, и ухожу на балкон.
Мне нужно успокоиться.

Минут пятнадцать медсестра мучала эту несчастью пяточку моего ребёнка, а я курила и рыдала, от невозможности слышать как захлёбывается слезами моя кроха.

Потом медсестра все же переколола, в другую пятку. И за пару минут набрала нужное количество крови.

Ещё через двадцать минут, когда сытая и перенервничавшая дочка отрубилась, я уткнулась в мужа носом и выдохнула ему в грудь:

— Она снова придёт в четверг…

Четверг наступил слишком быстро.

И наша новая встреча началась снова со звонка в дверь.

К слову, со звонком около которой, уже висела записка с просьбой стучать.

Хотя медсестре она не требовалась. Она знала что идёт в квартиру где новорожденный ребёнок.

Разъярённая я вылетела из ванной и сразу наткнулась на стоящую передо мной медсестру и мужа, пытающегося успокоить испуганную звуком дочку.

— Вы, ***, принципиально звоните?, — быть вежливой сегодня и с ней мне уже не хотелось.

— Мамаша, она ещё ничего не слышит!

Я вылупила на неё глаза.

Это говорит детская медсестра, получавшая образование и работающая с новорождёнными.
Мне. Маме, которая каждый день замечает как вздрагивает ребёнок от любого громкого звука.

— Я вас «докторишка» не называю. Хотя вы не доктор, вы медсестра. Меня зовут Дарья, у вас в руках документы где написано мое имя, и я вам уже представлялась.

Да, я была зла.

И, да, второго шанса я не даю. Особенно специалистам. Особенно которые теперь ходят к моему ребёнку.

Теперь медсестра старается быть вежливой и стучит в дверь.

Правда не перестаёт нас удивлять.

В прошлый четверг моя мама присматривала за Никушей, пока я кайфовала от возможности принять ванну, а не сбегать в душ за пять минут.

Медсестра сначала долго причитала как жаль что с ребёнком Бабушка и ей нужно непременно мне рассказать как прикрепится к поликлинике, а потом шокировала мою маму, толи предложив, толи спросив разрешения, зайти ко мне в ванну и лично мне все рассказать.

Сегодня мы прикрепились к поликлинике и очень надеюсь не увидеть больше эту медсестру у нас дома.

А участковый педиатр у нас оказалась замечательной и очень внимательной.
Она иногда даже просто так забегает к нам, если была рядом, спросить как дела и есть ли у меня вопросы.

Спасибо ей. От молодой и неопытной мамы. У которой этих самых вопросов — куча ))